Category Archives: Евгений Кривочуприн. Поэзия

Евгений Кривочуприн. Поэзия

Мысли на разрытом кладбище

Когда перестанет биться
Гулкое сердце трамвая,
В парке осенней смури
В землю врастут шаги –

Скрюченные деревьями,
Мертвые, сна не зная,
Встанут вороньим граем,
Станут живым враги.

Ровно прочерчена мелом
Пушкинской новая стрелка.
Камни вонзают зубы
В черный слоеный пирог.

Здесь в позапрошлом веке
Леc подпирался небом,
Чтобы открыть начало
Самой земной из дорог.

Мир прорастал крестами.
Звезды тонули в лужах.
Так и везде, где житель
Тихий встречает сон.

Выросшим новым утром
Старый покой не нужен.
Город, для жизни сшитый,
Верит, что нет похорон.

Камни по-детски хрупки,
Темны, как сусло, реки.
Нового не случится,
Старое не оживет.

Снова перо голубки
Падает на скамейку,
Вбитую ржавой спицей
В тленом наполненный рот.

Если знакомым небом
Прочно владеет солнце,
Эти слова не стоят
Больше, чем бычий гной.

Ночь – позабытая небыль,
В темном аду колодца,
Где беззащитные кости
Вскрикивают под ногой.

Для справки:
Одно из старых, и некогда, главных кладбищ Харькова находилось на отшибе города, в стороне от нынешней улицы Пушкинской. Там, среди прочих, было похоронено немало известных людей. В 1972 году оно было уничтожено, небольшую часть могил перенесли, остальные были разрушены. Часть останков была выброшена, часть, по-видимому, осталась. Сейчас на этом месте Молодежный парк.

.

White pride

И зимние горы родили снег.
Неизбежно-белое побеждает.
Где город стекал в котловины рек
грязно-цветным осенним потоком,
где липкий неон тонул в мутной воде
залапанных евроокон,
на ковер недокуренных сигарет
опускается побеждающий снег.

Чтобы эхо расхристанной лесостепи
прозвучало в сердечных колодцах,
и дно тысячи глаз отразило восход
долгожданного зимнего солнца,
чтоб душа не рассорилась с телом,
чтобы гордость осталась белой;
и когда придет время нам в небо идти
не скулило в груди, не болело

Хватит выблевать затхлую слизь
от фаст-фуда бездарных времен,
чтобы падаль, как ей и должно
стала пищей для крыс и ворон.
Не плодили крикливые роты
накладные бесплатной свободы,
и не гнали на Козье болото
блудные огоньки перемен.

Тогда, в сонной нетронутой рани
расчертившей весь мир снежным мелом,
мозг отмыв от чумной книжной драни,
сердце от одомашненной цвели,
встретив новый день яростным бегом
и умывшись рассыпчатым снегом
где восход развел утро руками,
снова вспомнишь, как это — быть белым.

. Читать далее

Реклама